www.4x4club.ru                                                             ISUZU & OPEL

Рейд по КОЛЬСКОМУ ПОЛУОСТРОВУ – 2008.

Мурманск, Средний, Рыбачий, Муста-Тунтури, Ловозерье, «1000 ручьев», Кировск, Хибины, «Дерюгинские болота», Большая Имандра, Октябрьский - Умба, Терский берег, Кандалакша...

Can you hear the drums, Fernando?

Персональная страничка

Разные люди по-разному относятся к своему досугу и отдыху. Одни предпочитают решать, как им отдыхать, спонтанно и в последний момент, другие предпочитают все планировать обстоятельно и заранее. Кому-то и так опостылела каждодневная рабочая рутина и планирование, кому-то досуг столь же важен, как карьера, и это заставляет таких людей планировать свой отдых тщательно и готовиться к нему очень серьезно.

Я отношусь к последним. А поэтому, собираясь в 2006 году на «Осудареву Дорогу» я уже знал, куда поеду в 2008. Так что подготовка была неспешной и обстоятельной, что, к сожалению, не исключило предстартовый аврал, но во многом дало саму возможность осуществить задуманное.

А задумана была поездка на Кольский полуостров. После большого обзорного рейда по Средней Карелии, запланированного и осуществленного в 2006 году, обследование европейского севера России напрашивалось логически. Первые же отчеты и галереи фотографий, найденные мной в Интернете, привели в головокружительный восторг. Кто-то написал, что главная опасность на Кольском – это свернуть себе шею, вертя головой и осматривая красоты вокруг. Формулировка оказалась предельно точной.

Изучая опыт тех, кто уже ездил, я быстро уяснил несколько вещей: первое – если мы хотим осмотреть Кольский за одну двухнедельную поездку (а именно таким был генеральный план), то придется ехать по довольно стандартному, проторенному другими джиперами маршруту. Попытка преодолеть какую-нибудь ненаезженную супер-СУшку приведет к большим затратам времени и локализации маршрута в местах этой СУшки, и поездка потеряет свою обзорность; второе – все равно придется выдерживать очень напряженный график движения, иначе не выполним маршрут; третье – места, по которым проляжет маршрут, довольно наезженны джиперами, и, учитывая бурность развития офф-роуд движения, будут популярны и в период нашей поездки – это фактор успокаивающий, в случае нештатной ситуации нас довольно быстро спасут; и четвертое – основные две внедорожные сложности в тех местах – это камни и броды.

Основываясь на вышеизложенном, я стал прокладывать маршрут и готовить матчасть. За основу был взят маршрут геокешера с ником Skitalets. Из этого маршрута я взял только основные места, которые по моим представлениям стоило пройти, и изменил последовательность их прохождения. Взамен убранных я добавил одну СУшечку, показавшуюся мне интересной и несколько авантюрной (ну должна же быть изюминка в маршруте!) – это кольцо вокруг западной части Хибин, информации о прохождении которого джиперами я не нашел, зато нашел трек… велосипедистов.

В итоге маршрут получился таким: Мурманск – п-ов Средний – п-ов Рыбачий – хр. Муста-Тунтури – Печенга – Мурманск – Оленегорск – Ловозерские тысячники – Кировск – кольцо вокруг западной части Хибин – глухоманью на юг до Умбы – Терский Берег – Кандалакша. Всего от Москвы до Москвы – около 5000 км.

Подготовка машины свелась, в общем-то, к тщательной проверке ее технического состояния перед выездом и к реальным испытаниям в глубоком броде. Все остальное необходимое «строительство» уже давно было закончено.

Как и в 2006 году мы стали заранее собирать группу единомышленников. Заблаговременно собрали документы на оформление пропусков в погранзону, которой является территория полуостровов Средний и Рыбачий и остальной северо-западной части нашего маршрута. Готовность пропусков мы уточнили, позвонив в Мурманский погранотряд.

Однако дальше нас на этот раз постигла неудача: от группы по разным причинам откалывался один экипаж за другим, и в результате к отъезду сложилась довольно неприятная ситуация. В группе осталось 5 человек и три машины, но оба экипажа наших попутчиков собирались ехать только на одну неделю, в погранзону. В таких условиях мы приняли экстримальное решение идти на вторую половину маршрута одним экипажем. Задуманное должно быть выполнено, не взирая ни на какие обстоятельства!

Пришлось несколько расширить списки запчастей и оборудования, с учетом предстоящего «автономного плавания» в Северной Глуши. Запчасти были взяты с таким расчетом, чтобы можно было своими силами вернуть машине ход практически при любой мыслимой поломке. Из гаража был выгреблен в машину весь наличный инструмент. Были взяты полные смены масел и других жидкостей, дополнительные сэнд-траки, пила с запасом ГСМ и т.д, продублированы навигационный ноутбук и инвертор питания. В результате загрузка машины оказалась очень серьезной.

 

1-й день. Пробег - 830 км, время на маршруте - 11 часов.

И вот настал счастливый день 19-го июля, когда рано утром мы стартовали с Ярославки по знакомому маршруту Ярославль – Вологда – Вытегра – Пудож – Медгора. Выехали двумя машинами, с Сергеем ака Istomin на TLC 80. Одновременно с нами с BPшки стартовала огромная колонна патриководов, машин, наверное, больше 10. Петр ака Вильнев и Дима ака Шкет на Рэнглере догнали нас уже за Ярославлем.

Погодка была неустойчивая, временами принимался дождик, а точнее – ливень. Почти сразу обнаружилось две неприятности: задние амортизаторы не держали загруженную машину и она с большой амплитудой «козлила» на неровностях, а связка планшетник – GPS начала дико глючить, комп периодически терял GPSку и наглухо вис. В остальном мы довольно весело ехали, удерживая скорость 100 – 110 км/ч. Пару раз останавливались перекусить, заправлялись в Вологде, у поворота на Липин Бор и в Вытегре. Как и планировалось, заночевали на берегу Онежского озера, там, где начинается пляжный участок СУ «Муромский монастырь». Отметили начало рейда, засиделись допоздна и решили на следующий день рано не выезжать, тем более что необходимо было немного починиться и ликвидировать последствия небольшой аварии у нас. Продукты и личные вещи наш экипаж вез в двух сплавных драйбэгах на багажнике. В одном мешке с продуктами у нас лежали и спальники. Одна из двухлитровых бутылок пива, находившихся там же, лопнула, учинив жуткий потоп. Спать пришлось, кое-как укрывшись куртками, а на утро устроить большую сушку.

 

2-й день. Пробег - 720 км, время на маршруте - 10 часов.

Утро выдалось солнечным и теплым. Так что удалось просушиться и восстановить порядок в шмурдяке. Народ купался, Дайс (наш пудель) резвился на берегу, Вильнев со Шкетом починили Рэнглер, у которого от переднего моста оторвало амортизаторы, я почти все время с паяльником в руках провоевал с проводами GPSки. Однако все мои усилия оказались напрасны: глюки продолжились, как только мы вышли на маршрут. Ехать сразу пришлось на перегонки с грозовой тучей, которая нагоняла нас с юга. Это было очень актуально, так как ребята утром сняли с Рэнглера мягкий верх. В Пудоже подкупили к Рэнглеру недостающего крепежа, Медгору прошли без остановок, вышли на Мурманскую трассу и кое-как дотянули до бензоколонки перед Сегежской развязкой. Тут мы перекусили, тут же нас накрыл серьезный ливень. Поехали дальше. Трасса неприятно удивила своим плохим состоянием. Нет, «плохим» – это мягко сказано, просто ужасным. Разбитый асфальт, громадные выбоины, зверская волна. Машина постоянно трясется, все дребезжит, заднюю подвеску начало все чаще и чаще пробивать. Вдобавок все небо заволокло свинцовыми тучами, и, несмотря на то, что мы подбирались к Полярному кругу, стало темно, почти как ночью, хлестал ливень, и пришлось временами включать дальний свет. Потом, правда, ближе к ночи, посветлело, тучи ушли, и перед нами стало появляться «незакатное солнце». Уже совсем поздно мы доехали до Полярного круга, и решили встать на ночевку тут же на озере, недалеко от трассы. Неподалеку уже ночевали какие-то питерские нивоводы. Но, прежде чем заняться лагерем, мы стали фотографироваться около стелы «Полярный круг». Это-то нас и сгубило. Едва мы раскатали по земле палатки, ливанул такой дождь, что просто трудно себе представить. Палатки намокли мгновенно, не успели мы укрыть их тентами. Ребята забились в Кукурузера, а мы с Наташей как дураки остались стоять под этим дождем в плащ-палатках, боясь пошевелиться, чтобы струи с капюшонов не стекали за шиворот. Дождь продолжался довольно долго, а когда закончился, мы кое-как поставили палатку, протерли ее изнутри, захавали какие-то консервы и завалились спать.

 

3-й день. Пробег - 475 км, время на маршруте - 8 часов.

На утро встали рано. Надо было преодолеть оставшиеся 350 км до Мурманска, и быть там к началу приема в погранотряде, т.е. к 3 часам дня. Заглянув под машину, я обнаружил неприятный факт. Вытек правый задний амортизатор. А, судя по поведению машины, левому тоже оставалось жить недолго. Делать было нечего. Оставалось только плюнуть на них и, скрепя сердце, продолжать маршрут.

Мы заправились у поворота на Кандалакшу, и тут же на посту ДПС нас «приняли» за то, что мы не остановились у редкого знака «стоп контроль», гордо проехав его на скорости 10 км/час. Составили на всех троих протоколы и отпустили. Пейзаж стал стремительно меняться. Появились невысокие северные горы, дорога стала чередой спусков и подъемов. Сосны и елки стали другими, «чахоточными». У Мончегорска нас ждал совсем унылый пейзаж. Нагромождения безжизненного камня, покрытые мертвой растительностью, грязные озера, мрачные корпуса и трубы комбинатов. Убитая вредными выбросами земля. Просто Мордор какой-то. Чуть отъехали – и красивые пейзажи вернулись.

Навигация совершенно достала глючить. Стало понятно, что в такой ситуации дальнейший маршрут будет сплошным мучением и непрерывными перезагрузками компа. Поэтому я связался с Дядей Колей, и попросил его нарыть адреса магазинов в Мурманске, где можно купить современный модуль GPS под USB. Через некоторое время к великой радости получил от него СМС с несколькими адресами.

Ближе к Мурманску состояние трассы стало улучшаться, и вот показался сам город, вытянутый вдоль узкого залива. Мы обошли центральную часть Мурманска по объездке, и, после небольших плутаний, нашли погранотряд. Было 20 минут третьего, а очередь уже собиралась. Однако мы приехали в очень оптимальное время и вскоре после открытия я получил наши пропуска. Все прошло четко. Затем мы поехали в город и разделились: ребята поехали подкупать жратву и слегка чинить Рэнглер (опять амортизаторы), а мы – искать GPS. USBшную GPSку нам найти не удалось, и я, скрепя сердце, купил BlueToothный «коробок» и USBшную BlueTooth-антеннку к планшетнику.

Мы встретились с ребятами, заправились на бензоколонке во все имеющиеся емкости, переехали через залив и взяли курс на северо-запад, на Печенгу. Дорога сначала шла хорошая, но вскоре все вернулось на круги своя. Выбоины приходилось объезжать то по встречке, то по обочине.

Пейзаж опять поменялся. Вокруг простирались невысокие горы, покрытые камнями и кустами. Между ними блестели озера. Деревья, в нашем понимании, закончились. Остались лишь заросли невысоких корявых березок.

Мы проезжали Долину Славы. Здесь наши войска остановили немцев, рвавшихся к Мурманску. Обелиски на братских могилах отмечают места боев. Вечная память войнам полярной дивизии!

Наконец мы подъехали к реке Титовка, с которой начинается погранзона. Ограждения из колючей проволоки, несколько построек, шлагбаумы. Сержант быстро проверяет наши документы.

- на Баренцево море полюбоваться приехали?

- Ага!

- Ну проезжайте, счастливого пути!

Переезжаем через Титовку и тут же сворачиваем направо, на грейдер в сторону севера. Дорога не такая уж плохая, хорошо наезженная. Через некоторое время останавливаемся, фотографируем водопады на Титовке. Догоняем Ниву с питерскими номерами и… новехонькую «семерку» с московскими. Начинается подъем. Мы едем на перевал через хребет Муста-Тунтури. Дорога петляет среди скал, вокруг офигительно красиво, но лежит плотный туман или, скорее, низкие облака. Фотографировать - без толку, ничего не получится. Торопиться больше не хочется, ненавистный асфальт остался позади, мы – у цели нашего путешествия. Медленно едем, любуясь красотами. Дорога спускается в долину. Мы въезжаем на Средний. Изредка попадаются палаточные лагеря поисковых отрядов. Старшеклассники в них занимаются, в основном, восстановлением памятников на братских могилах павших здесь солдат. Им помогает тяжелая техника.

Спустившись с перевала, мы сворачиваем налево, наш путь теперь лежит вдоль периметра Среднего. Дорога становится грунтовкой, представляет собой огромную волну. В ямах – вполне проезжие лужи.

Перешеек между Средним и материком заканчивается, дорога выходит на берег Малой Волоковой губы и становится ровной, покрытой мелкой галькой колеей. Сюда можно ехать и на паркете! Мы доезжаем до ручья, впадающего в губу сразу за триангулятором «Телефонный», находим кострище и встаем лагерем. Стоит полнейший штиль, все вокруг скрывает плотный туман. Он скрадывает все звуки, всплески волн, крики чаек. Звенящая тишина. Мы готовим ужин и выпиваем за достигнутый нами Север. Нам просто очень хорошо!

 

4-й день. Пробег - 90 км, время на маршруте - 7,5 часов.

На утро организованный подъем не планировался. Надо было отдохнуть. Несмотря на это, я встал довольно рано, выпустил Дайса, выломал ему из куста карликовой березы палку для игры, и занялся, в первую очередь, навигацией. Вокруг висел все тот же туман. Вскоре я установил новый софт, «подружил» купленные девайсы с планшетником, и навигация стабильно заработала. Поначалу даже не верилось. Главная проблема была решена.

Со временем туман стал подниматься. Вскоре мы увидели противоположный берег – сплошное нагромождение скал хребта Муста-Тунтури. Появилось солнце, и черные скалы стали отбрасывать ослепительные блики. Финны (а может Саамы) дали точное название хребту – Черная Тундра. Я попытался представить, о чем 65 лет назад думали красноармейцы, смотря из своих окопов, проходящих рядом с нашим лагерем, на этот неприступный фашистский бастион. Он сулил им только одно - смерть.

В четверть второго мы вышли на маршрут. Берег стал постепенно подниматься, превращаясь в два или три уровня высоких, обрывающихся отвесно террас. Вслед за ним, на верхнюю террасу полезла и дорога. Губа Малая Волоковая расширялась, а вскоре стало возможным увидеть вдали вход в Печенгский залив, Айновские острова, а дальше – берега Норвегии. Проехав 13 км от лагеря, мы повернули к НП старой береговой артбатареи, находящемуся на высоком берегу. Одна из традиционно посещаемых точек. Бетонный НП венчает сохранившийся пластиковый колпак радара, рядом – капониры тяжелых орудий. Вокруг полно люков в уходящие под землю шахты.

Вдалеке на севере видна действующая военная «точка» с высокой мачтой связи. Видимо, помимо спецоборудования, на ней установлен и ретранслятор Мегафона, так как Петр обнаруживает отличный прием. А наши МТС и Билайн транслируются роумингом через Норвегию. Поэтому он болтает, а мы экономим.

Едем по дороге вглубь полуострова, на огневые позиции следующей батареи. До нее – ровно километр. Здесь пушки полегче, зато сохранились. Четыре морские 152-милиметровки, в броневых полубашнях, установлены в бетонных барбетах. Над башнями сварены из труб «зонтики», покрытые досками и рубероидом – для маскировки и защиты от осадков. От батареи уходит линия связи на НП, с которого мы приехали. Осматриваем одно из орудий и казематы под ним. Затвор заварен, на казенной части шильдик – 1949 г.

Поворачиваем вновь на север, проезжаем мимо «точки», и, наконец, оказываемся на северной оконечности Среднего. Здесь большак уходит вниз и направо, вдоль берега губы Большая Волоковая, а мы сворачиваем на дорожку налево, которая идет под верхними террасами практически противоположно тому направлению, с которого мы приехали. Проезжаем самую северную точку Среднего – мыс Земляной, и через 2,5 км оказываемся около следующей нашей «обязательной точки» - двух характерных скал – останцев, «Братьев», культового места древних Саамов и современных джиперов. Всяко-разно фотографируемся и лазаем по этим скалам. Погода, похоже, смилостивилась, и решила дать нам возможность осмотреть край земли во всей красе. На небе – ни облачка, достаточно тепло, ветер, для открытого моря, не сильный. Возвращаемся от скал почти к самой развилке и встаем на перекус. Чай, консервы, небольшая инспекция Рэнглера, и мы едем дальше, вдоль Большой Волоковой губы. Дорога стала несколько похуже. Стали попадаться камушки и лужи. Но все равно, она легко проходится и на паркете. Большая Волоковая губа постепенно сужается, берег Рыбачьего все ближе подступает к нам. Губа заканчивается, и мы въезжаем на перешеек между Средним и Рыбачим. Проходим большую лужу – а-ля бродик с кристально чистой водой. Вдали показывается огромная буровая вышка. Это сверхглубокая геологическая скважина, вроде как сейчас около 14 км глубиной. Скважина вновь расконсервирована, вокруг заметна деятельность геологов. Вдали за скважиной виден их поселок Большое Озерко. Наша дорожка спускается к грейдеру, с которого мы вчера свернули за Муста-Тунтури. Объезд Среднего закончен. Грейдер поражает своей шириной и ухоженностью. Таких дорог на Кольском мало. Движение по нему небольшое, а геологи за ним тщательно следят. Можно без опаски нестись по нему под сотню, что мы и делаем, и вскоре он приводит нас в Большое Озерко. Здесь лафа заканчивается. Поселок остается справа, автобаза – слева, а мы начинаем двигаться на север-север-запад, обходя периметр Рыбачего также, как только что обходили Средний.

Дорожка хоть и каменистая, но вполне проезжая, бродики – просто смешные, по краям дороги стоят воткнутые в заваленные камнями бочки шесты. Это, наверное, чтобы находить дорогу в метель. А пейзаж в очередной раз поменялся. Вокруг – настоящая тундра. Исчезли даже сколько-нибудь значимые кусты. Осталась только самая карликовая растительность и ягель. В одном месте дорога выходит на отливный пляж, что дает нам повод порезвиться на песочке. Слева все дальше от нас виден берег Среднего, едва различима Военно-Мегафоновская вышка и мыс Земляной. Наша дорога уходит в тундру, вглубь полуострова. Хотя «глубь» здесь понятие относительное, вдалеке и справа и слева от нас просматривается бескрайняя вода. Из-под колес машин периодически выбегают куропатки и еще какие-то мелкие птички, и, не взлетая, смешно мелькая лапками, несутся вдоль дороги, пока не свернут в карликовые кусты. По курсу видны большие «шары» космической связи, крутятся радары. Мы проезжаем между этой «точкой» и военным поселком Вайдагуба, остающимся от нас справа, внизу. Чуть левее возникает ярко-красная башня маяка. Нам туда. Мимо вахтового хуторочка маячников подъезжаем к берегу.

Все. Дальше тут ехать некуда. Это – Край Земли. Мыс Немецкий – самая северная точка европейской части России, достигнута. Светит солнце, ветра практически нет, лениво колышется Северный Ледовитый океан. Рядом на пляжике загорают люди из вахты. Вот такая, северная, идиллия.

Великий Тор, хранитель Мидгарда, защитник рода людского, придержал свой разящий молот Мьельнир, чтобы по отличной погоде мы смогли в тот день увидеть красоты и величие северного края. Тор готовил нам многие испытания, но и хранил нас все время, пока мы находились на его земле. Слава сыну Одина!

Вдоволь нафотографировавшись, мы поехали вдоль северного берега Рыбачьего на запад. По плану маршрута мы должны были встать лагерем в устье реки Скорбеевская. В предыдущий день мы от плана слегка отставали, и теперь нужно было наверстать. Это, собственно, удалось сделать без напряга. Дорога не теряла своего качества. Мы объехали берегом поселок Вайдагуба, дабы не связываться с вояками и не терять времени на проверки документов, и снова ушли в тундру. Пейзажи вокруг были просто офигительные. Слева – бескрайний океан, справа – просторы тундры, холмы, взгорья, сотни озер. Останавливаясь периодически для фотосессий, мы доехали до заброшенного военного городка Мыс Скорбеевский. Впечатление, прямо скажем, скорбное. Обшарпанные, разбитые пятиэтажки, в том числе слегка недостроенные, недостроенный и брошенный клуб, пустынные, заросшие травой улицы домов барачного типа. Люди ушли отсюда. Нужны ли они были здесь? Вернутся ли когда-нибудь? Мы проехали через поселок и по дороге, ставшей теперь песчаной, покатили к Скорбеевской.

Отворотку к реке не пропустишь. Она сплошь накатана протекторами грязевых резин. Симексы, свамперы, томсоны, гудричи - сплошь знакомые следы. Люди едут сюда под вой своих колес, превращая их зубы на тысячах километров асфальта в пыль, а на самом деле эти колеса здесь абсолютно не нужны. Чтобы объехать Кольский, достаточно АТшки максимального диаметра. Ибо грязи на Кольском почти нет. Все что есть – это камни. И немного песков, если поехать на Терский берег. Даже болота – это на самом деле не болота, а заболоченные камни. Для преодоления всего этого не нужны зубы. Нужна хорошая АТшка. Чтобы понять это, я, как и другие, угробил 30% ресурса своих Свамперов, а их блестящие внедорожные качества особо и не пригодились.

Скорбеевка очень красивая. Недалеко от океана она прорезает каньон, образует несколько водопадов. Мы решили встать на поляне у водопадов, подогнали машины, но навалившиеся на нас полчища комаров заставили изменить решение, и мы сбежали к самому устью речки, на берег океана. Комары тут тоже были, но все-таки меньше, их кое-как сдувал ветерок. Поставили палатки, приготовили жратву, парни попытались рыбачить на речке, но рыба, видимо, заметила их через прозрачную воду и свалила.

Чуть позже к нам подъехал стандартный Террано-2 с московскими номерами и двумя мужиками и двумя детьми внутри. Расспросили нас о местных дорогах и встали на мысу поодаль. Над океанским горизонтом появились легкие облачка, не сулившие на завтра ничего хорошего.

 

5-й день. Пробег - 93 км, время на маршруте - 6,5 часов.

На утро нас ждала другая погода. Дождя не было, но все небо обложили свинцовые тучи, заметно похолодало, океан огрызался прибоем. В таких условиях Петя, Дима и Серега пошли ставить жирную галку – полезли купаться в Северный Ледовитый океан. Было прикольно наблюдать, как они, размахивая руками над волной, орали оттуда Наташе, настраивавшей фотоаппарат, «Ну давай же, снимай быстрее!»

Ровно в 12 дня мы возобновили маршрут. Хорошие дороги остались позади. Теперь мы ехали по менее посещаемым местам Рыбачьего. В колее появились большие камни, начались элементы триала. Попадались бродики через речки с крутыми спусками и подъемами из них. Кое-где дорога выходила на отлив, где можно было разогнаться и попугать огромные стаи чаек, но выезды с таких участков требовали внимания, представляя собой подъемы по сухому песку. В общем, рулежка стала интересной. Местность по-прежнему радовала красотой, даже под пасмурным небом. Мы проехали мыс малый Скорбеевский, гору Май, Зубовскую губу. У ручья Средний мы вышли на большак, идущий с юга, от губы Эйна, на север и к Цыпнаволоку. К Цыпнаволоку мы ехать не планировали, так как осмотренного участка северного побережья Рыбачьего уже вполне хватало для «обзорного» рейда. Так что мы свернули на юг, и начали пересекать полуостров, направляясь к губе Эйна. Большак находится в плачевном состоянии. Не рекомендую соваться на него на стандарте. Дорога достаточно каменистая и представляет собой нескончаемую череду громадных луж. Дно в лужах не просматривается, под водой попадаются валуны, так что ехать нужно медленно. Луж столько, что про их предварительный пеший просмотр можно забыть. По глубине все лужи проходимы без специальной подготовки, кроме одной. Координаты этой лужи – N69 44,2230; E32 32,2692. На карте обозначена бродом. С виду такая же, как и все, может чуть длиннее. Находится в низинке между двумя холмами. Подъезжая к ней, я заметил на противоположном взгорке колонну из трех УАЗиков. Они стояли, а вышедший народ наблюдал за нами. Интуиция тихо шепнула мне о чем-то недобром, но я ее не расслышал. Направо перед лужей уходил след ГТСки – объезд. Такие объезды попадаются около многих луж, но, как правило, они гораздо засаднее, чем сами лужи, поэтому на эти следы мы перестали обращать внимание. Я на первой пониженной пополз вперед. Лужа становится все глубже, и вдруг машина клюет вниз, и левый угол капота уходит под воду. А и плевать, мы-то подготовленные! В ответ на такое событие я лишь слегка добавляю газ, и машина, переваливаясь колесами по подводным камням, продолжает движение. Глубина быстро убывает, а по телу разливается приятное тепло джиперского адреналина. Подъезжаем к УАЗикам. Местные мужики - рыбаки с фотоаппаратами и видеокамерами высказываются в том смысле, что, конечно, зачет, но по следу ГТС идет нормальная объездка, которой они сейчас и воспользуются. Кидаюсь к рации сообщить об этом парням, а то они чего-то на том берегу замешкались. Впрочем, остановились они только для того, чтобы дать Наташе время подготовить фотоаппарат, а теперь, к всеобщему удовольствию, ломятся по очереди через лужу. Вот такое небольшое развлечение.

Едем дальше, бесконечно повторяя цикл «разгон до 20 на пригорке – торможение до 5 к луже», проходим развилку, где направо уходит дорога к Большому Озерку, и через некоторое время подъезжаем к губе Эйна. В обрамлении высоких скал губа действительно выглядит красиво. Осматриваемся, фотографируемся. Здесь на берегу во время войны была крупная база снабжения наших войск, а под водой, говорят, лежат останки известной исследовательской шхуны «Персей», разбомбленной фашистами. Мотовский залив под суровыми северными тучами выглядит угрюмо. Север показывает нам свое настоящее лицо.

По такой погоде желания располагаться здесь на перекус как-то не возникает, и мы решаем потерпеть с едой до лагеря. Садимся по машинам, разворачиваемся и едем обратно, до поворота на Большое Озерко. После поворота дорога сразу улучшается. Камни остаются, но луж становится заметно меньше. Дорога выходит на берег губы Большая Мотка, заваленный плавником и водорослями. Идет отлив.

Проезжаем мимо двух местных на 41-м Москвиче, приближаемся к Большому Озерку. Внезапно у меня умолкает связь. Не могу вызвать поотставших парней. Останавливаюсь, проверяю антенну – мать-перемать, от нее оторвался провод. Вибрация, что ли? В общем, чудеса. Вечером на стоянке вновь придется взяться за паяльник.

На встречу попадается знакомый Террано. Они рассказали, что сунулись, было, вслед за нами, но испугались камней, вернулись от Скорбеевки по большаку в Большое Озерко и теперь едут к губе Эйна с юга.

А мы опять выруливаем на великолепный грейдер геологов и мчимся обратно к Муста-Тунтури.

В точке N69 37,9464; E32 1,6097 на берегу губы Кутовой лежат останки двух кораблей. Довольно большой деревянный спокойно догнивает свой век на прибрежных камнях, а металлический почти весь порезали на металлолом. Осталась только килевая часть со сланями трюма и всякий мелкий хлам. Посреди этого дестроя лежит на боку квадратная орудийная башня с обломком ствола и подбашенным колодцем. Мы тут, естественно, пофоткались.

Доехав до Муста-Тунтури, мы опять свернули на уже знакомую дорогу в сторону Среднего, а потом с нее – на отворотку в сторону хребта, и остановились на полянке прямо под ним, у восточной оконечности Малой Волоковой губы. Не будучи в курсе реальной обстановки, дома я наивно вынашивал план преодоления Муста-Тунтури в этом месте на машинах, по трассе помеченной на карте высоковольтки. На деле это оказалось абсолютно невозможно, ибо перед нами возвышались неприступные скалы, на которые мы в последствии с трудом влезли пешком, какие уж там машины! При этом с другой, южной, стороны к Муста-Тунтури вплотную подходит дорога, правда, говорят, каменистая и сложная, но от нее до вершины добраться – нечего делать. Однако мы всей этой обстановки не знали и решили на следующий день предпринять пешую вылазку на хребет из нашего лагеря, с севера. И о принятом решении я, лично, не жалею.

Лагерем мы встали в полседьмого вечера, но на хребет решили в этот день не лазить, прежде всего, по причине плохой погоды – временами сыпал дождь и дул противный ветер. Петр и Дима все же предприняли разведвыходы в сторону хребта, и вернулись, обнаружив кучи гильз, колючей проволоки, и станок от пулемета.

Я не буду останавливаться на значении, которое имел хребет во время войны. Об этом информации в сети очень много. В 1941 году немцы захватили его, пытаясь прорваться на Средний и Рыбачий, но спуститься с него так и не смогли. В дальнейшем хребет стал для них одним из основных пунктов обороны против атак наших войск. В 1944 году наши все-таки взяли хребет штурмом и погнали врагов в направлении Норвегии. За три года немцы превратили хребет в крепость, подвели к нему великолепные дороги снабжения. Бои за хребет были очень кровавыми. Ввиду малолюдности и закрытости этого района в советский период, а также замедленности процессов гниения в заполярье, немецкие позиции и следы боя сохранились на хребте практически в первозданном виде.

 

6-й день. Пешком пройдено 6 км за 3,5 часа.

Пробег - 77 км, время на маршруте - 5 часов.

На следующий день боги над нами не сжалились. Дождь не прекращался, ветер только усилился, и еще больше похолодало. Но уж если решили лезть – так надо лезть. Оделись потеплее, напялили плащ-палатки. Дайса оставили в машине, сторожить лагерь. Погода и попадающаяся повсеместно немецкая колючая проволока не позволяли взять его с собой.

Нам предстояло влезть на хребет тем же путем, которым шли наши штурмующие войска. Еще снизу мы плохо себе представляли, как они смогли влезть на эти кручи, таща на себе  выкладку и вооружение, под убийственным огнем противника. А когда мы туда залезли и разобрались в системе немецкого огня, нам и вовсе стало это непонятно.

Восхождение мы начали не напрямик. Уж больно неприступно выглядела круча. Решили пойти правее, где склоны были пониже и поположе. Вначале шли по тропинке, на которую указывала стрелка и намалеванная на скале надпись «к месту подвига отряда капитана Юневича». Однако скоро тропинка начала теряться в камнях и зарослях, да и уходила она слишком на запад, вдоль берега губы. Поэтому мы полезли напролом, точнее по GPS, южнее. Старый добрый Гармин 12, отставленный со службы в машине, но не боящийся дождя, с загруженными в него репперными точками, в таких условиях оказался незаменим.

Прошли через рощу чахлых березок, подступили к скалам. Во всех расселинах, где можно было пролезть, валяется колючка. А кое-где деревянные козелки, поддерживающие ее, еще стоят! В скалах тут и там видны выложенные из камня брустверы и отдельные огневые точки немцев. Мы начали карабкаться наверх. На скалах сразу появилось железо. Хвостовики летучек, донца 76-мм снарядов, мелкие осколки покрывают все вокруг. Проходя по пружинящему под ногами мху и дерну, невольно задаешься вопросом: а был ли он здесь 65 лет назад, и если был, то что под ним? Не припрятали ли фрицы в нем подарочки для нашей пехоты? Ведь вряд ли здесь кто-нибудь потом занимался разминированием.

Благодаря нашему «обходному маневру» мы попали в малопосещаемые места боев. В основном народ шарится по главной высоте, на фланги не заходит. Поэтому позиции здесь выглядели практически нетронутыми. Осматриваешь стрелковую ячейку – а в ней нетронутая кучка маузеровского гильзача, пластинки обойм. Как будто фриц стрелял отсюда ну максимум месяц назад! И долго стрелял, гад, судя по количеству гильз и обойм. В укромной расселине попадаются выложенные камнем блиндажи с провалившимся накатом и сохранившимися дверями в коробках из бревен, везде валяются железные ящики из-под летучек. Наверное, здесь у фрицев была минометная позиция.

С трудом карабкаемся на очередной уступ и идем дальше. Позиции многократно эшелонированы, валы из камня с пулеметными ячейками по краям попадаются снова и снова. Перед валами по камням лежит колючка, среди нее – упавшие, но несгнившие березовые козелки. Под ногами все больше и больше телефонных проводов.

Натыкаемся на позицию дистанционно управляемых фугасных огнеметов. Была у немцев там и такая прелесть. Баллоны, несколько похожие на большие огнетушители, с торчащей сверху изогнутой трубой – соплом, вставлены в бетонные плитки – основания. Некоторые валяются, изрешеченные осколками, некоторые стоят нетронутые. Пробуем на руке на вес – похоже, все же пустые.

Мы лезем на вершину. Ветер свистит такой, что просто сдувает с ног, плащ-палатки парусят, их приходится как-то прижимать к себе. Горизонтальный дождь буквально обжигает лицо холодом. И это лето! Каково же здесь бывает зимой? Как выживали здесь горноегеря в страшные морозы в своих щелястых норах и блиндажах? Как не обмораживались в своих ячейках в боевом охранении?

Чем ближе к вершине хребта, тем больше становится калибр и плотность осколков. 76-мм донца исчезли. Теперь попадаются только осколки 122-мм гаубичных гранат. Наконец, мы вылезли на вершину. Пики хребта венчают современные памятники-кресты. Мы ходим среди главных позиций, изучаем построение немецкой обороны, собираем на память несколько гильз. Гильзач преимущественно немецкий. Нашего очень мало, за всю вылазку нам на глаза попалась только одна моськина гильза и еще россыпь маслят от ППШ. Похоже, у кого-то из наших рассыпался сидор, то ли от попадания крупного осколка, то ли просто порвался.

На оборонительных валах находим несколько интересных бронещитков. Похоже на индивидуальные переносные щитки немецких стрелков. Представляет собой бронеплитку довольно сложной формы с откидной скобой - опорой и стрелковой амбразуркой, закрываемой броневой задвижкой. Щитки довольно легкие, явно заводского изготовления, не самопал. Задвижка расположена с внешней стороны, а ручка ее привода – с внутренней. На некоторых щитках – следы попадания 7,62 пуль. Без намеков на пробитие.

В самом центре немецких позиций на передовом валу сохранился флагшток. Ржавая труба с блочком до сих пор раскачивается на ветру, воткнутая в кучу камней. Здесь, в центре, становится понятно, почему наши все-таки смогли взять хребет. Потери были большие, но не трупами закидали, нет. Гаубичными снарядами. Верхнее плато хребта сплошь перепахано следами разрывов. На некоторых площадках от воронки к воронке расстояние метров 10 – 15, не больше. Практически все пулеметные ячейки разрушены, блиндажи обвалены, все засыпано осколками, донцами, медными поясками снарядов. Похоже, артподготовка была жесточайшей.

Теперь наш путь лежит вглубь немецких позиций, к южным склонам хребта. Когда перед нами открылся вид на юг, мы немного удивились. Южные склоны были пологими, а среди камней прямо к хребту подходила автомобильная колея. Если бы мы подъехали сюда, осмотр Муста-Тунтури стал бы для нас ненапряжной прогулкой. Но тогда мы бы не прошли путем наших солдат, и не оценили бы всего, что здесь произошло.

А еще нас удивила открывшаяся теперь инфраструктура немецкой обороны. Здесь уже не было сложенных из камушков оборонительных валов и ячеек. Здесь были ходы сообщения, выдолбленные в скале на двухметровую глубину, с бетонированными стенками, спроектированные по всем правилам фортификации. Мощные блиндажи, частично или полностью бетонированные, внизу, под склонами хребта – сложенные из камня стены складских и госпитальных помещений. Все блиндажи разрушены бомбежкой или взорваны изнутри. Вскоре мы наткнулись на остатки штаба. Блиндаж выделялся своими размерами, имел внутри перегородки, а при входе был маленький закуток – похоже, что сортир. Рядом валяются несколько мешков слежавшегося цемента – остаток фрицевских запасов. Еще мы нашли мятое, но добротное ведро из оцинковки с немецким клеймом на днище, большой осколок донной части 122-мм снаряда с недетонировавшим толом внутри, и остатки какой-то нетипичной авиабомбы, сделанной из тонкостенного листового железа, то ли осветительной, то ли агитационной.

Повернули обратно. Снова прошли через немецкий передок и стали спускаться к лагерю напрямик. Далеко внизу маячили наши машинки. Спускаясь, еще раз представили себе систему немецкого огня. Пулеметные ячейки простреливали перекрестным огнем каждую лощинку, каждый кулуарчик. Не подавив хотя бы часть из них, подняться, похоже, было невозможно.

Мы потихоньку соскреблись вниз и вышли к лагерю. Прежде всего переоделись, т.к. промокли до нитки, сменили хлюпающую обувь. Немного маханули для сугреву, и захавали консервов. Было уже около 5 часов вечера, но мы решили не оставаться здесь еще на одну ночь, а продолжать маршрут, как запланировано.

Выехали на дорогу, по ней вернулись на грейдер, вновь проехали через перевал Муста-Тунтури. Пофотографировать на нем опять почти не удалось, из-за отвратительной погоды. Вскоре после спуска с перевала мы повернули направо, на запад. Теперь нам предстояло проехать почти до самой Печенги по дорогам, построенным в годы войны немцами для снабжения своих войск. Я читал в Сети о поразительном качестве этих дорог, но, увидев все своими глазами, долго подбирал с земли челюсть. Других таких дорог в этих местах нет. Великолепно спланированные, тщательно построенные, они отлично сохранились до наших дней, а ведь по ним десятилетиями ездила советская боевая техника в этом милитаризованном краю. Откосы всех насыпей аккуратно выложены подогнанными друг к другу камнями, чуть ли не через каждый километр устроены разъездные площадки, и даже бровки и бордюры вымощены светлыми камешками. Единственное что делает невозможным передвижение по этим дорогам на машинах с небольшим клиренсом – это отсутствующие мосты. Маленькие мосточки через многочисленные ручейки сгнили, и теперь в таких местах дорогу пересекают канавы, впрочем, без проблем проходимые и на нелифтованных внедорожниках. Большие мосты, коих попадается штуки три, тоже отсутствуют. В паре мест через такие провалы перекинуты жердины и брусины, проезжать по которым довольно стремно. Гораздо спокойнее объехать такие места тундрой. Ничего экстримального в объездках нет. Обычный для Кольского триал. Последний отсутствующий мост ближе к Печенге тоже объезжается по накатанной объездке.

Дорогу окружают просто обалденные пейзажи. Вот уж воистину шея устает крутить головой. Вокруг каменистая горная тундра, озера, покрытые рябью от сильного ветра. Штурман то и дело просит остановку для фотосессии.

Приближаясь к Печенге, дорога уходит с возвышенностей. Мы попадаем в чахлый лиственный лес. Качество дороги ухудшается, она становится обычным русским проселком. Сказывается, видимо, мягкий грунт и близость танкового полигона. Попадается небольшой участочек грязей, впрочем, вполне проезжабельных.

Вскоре грунт становится песчаным, и дорога выходит на берег Печенги-губы. На другом берегу видна сама Печенга, производящая впечатление большого военного городка.

В точке N69 33,2900; E31 15,5566 мы подъехали к броду, о котором пишут все. Брод находится в зоне прилива, и в максимум прилива в нем тонут грузовики, а в отлив проезжают легковушки. Мы попали в отлив, и лишь слегка замочили колеса.

Почти сразу за бродом мы выехали на какое-то военное стрельбище. Везде развешены свеженькие военные плакатики, стоят ухоженные строения. Неподалеку от дороги военнослужащий играл с овчаркой. С внутренней стороны территории мы подъехали к КПП со знаками типа «СТОЙ». На всякий случай остановились, но никто не появился, а на двери мы разглядели замок. Через несколько минут мы выехали на асфальт в сторону Мурманска.

Первая часть нашего маршрута была пройдена.

Довольно долго пришлось искать место для стоянки. Вначале вдоль дороги тянулись сплошные военные базы с угрожающими плакатами на въездах, потом - открытая тундра с минимумом отвороток. Наконец мы смогли отъехать в сторону от трассы и после долгих поисков приемлемого сухого местечка, встали лагерем неподалеку от озера Куосмеярви. Поставили палатки, натянули тент. Я полез под капот. Еще в предыдущий вечер оттуда стало доноситься подвывание, а теперь оно превратилось в громкое верещание, слышное даже на ходу. Сразу стало ясно, что накрылся ролик натяжителя поликлинового ремня. Его подшипник болтался с огромным люфтом. А ведь я менял ролик 2 года назад. Видимо, броды сделали свое дело. С уверенностью я полез в ЗИП, но… ролика там не обнаружил. Видимо, пунктуальность сборов как-то дала сбой.

Пришлось запланировать на следующий день заезд в Мурманск на поиски нового ролика.

За ужином мы выпили за состоявшийся маршрут, ведь на следующий день нам предстояло расстаться. Парни уезжали на Москву, а наш экипаж продолжал маршрут по полуострову.

 

7-й день. Пробег - 338 км, время на маршруте - 11 часов.

Утром после завтрака мы провели ревизию и перераспределение продуктов. Наш продуктовый драйбэг опять потяжелел, так как большая часть жратвы до сих пор ехала у Сергея во вместительной Восьмидесятке. Затем тронулись в путь. На границе погранзоны тот же сержант коротко справился о наших впечатлениях, получив ответ в основном из восторженных междометий. Дальше по дороге на встречу то и дело попадались караваны нагруженных шмурдяком подготовленных машин с московскими или питерскими номерами. Такое впечатление, что едешь то ли по Московской, то ли по Ленинградской области. Внедорожный туризм бурно набирает популярность.

Без приключений мы доехали до Мурманска и на бензоколонке у въезда в город расстались с парнями. Теперь мы остались одни.

Заехали в город, в первом же автомагазине мне объяснили, как проехать к магазину запчастей для Опеля. После недолгих поисков нашли и его, и без проблем купили ролик.

Пока Наташа покупала недостающие продукты, я его быстренько поменял.

После этого мы заправились, распрощались с Мурманском, и пошли по трассе на юг. Не доезжая Оленегорска, мы ушли на юго-запад, срезая, таким образом, большой угол в сторону Ловозера. Дорога здесь существенно лучше, чем мурманская трасса. Волна присутствует, но выбоин практически нет. По пути попадается очень мало машин. Вокруг – полярные леса.

Вскоре мы сворачиваем на ловозерскую трассу. Справа в низинке видно огромное трапециевидное здание – ФАР загоризонтной РЛС, одной из немногих, оставшихся в строю после развала 90-х. Затем над нами с ревом проходит на посадку пара МИГ-31. А прямо на горизонте появляется массив Ловозерских тундр. Поворачиваем с трассы на Ревду, и вскоре проезжаем этот город в сторону восточного ГОКа. Прямо на выезде – характерная «усадьба» с вышками по углам. От нее идут по дороге ВОХРовцы в форме. Видимо, у них пересменка.

Уже семь часов вечера, но мы решаем штурмовать Ловозерские тысячники сегодня же. Погода не отличается устойчивостью, и если на утро горы затянет облаками, мы туда просто не попадем. А потому сворачиваем с асфальта на каменистый проселок и начинаем подъем на Аллуайв. Сначала дорога взбирается по пологому склону, потом переходит в серпантин. Дорога хорошая, на Аллуайв можно заехать на стандарте. Постоянно приходится останавливаться для фотосессий. Виды с горы действительно шикарные. Море тайги и озер, на севере – малюсенькая Ревда, на западе прямо под нами – огромное Умбозеро с островами, а сразу за ним – величественные, в белых снегах, Хибины. А вот сами Ловозерские тундры производят впечатление мрачное и безжизненное. Просто нагромождения голых камней. Может быть, их сгубила испорченная ГОКами экология, может они с самого начала такими были. Так что ближе к вершине, когда исчезают окрестные виды, смотреть становится особо не на что. Тем не менее, мы берем Аллуайв и двигаемся через перевал Геологов на соседнюю вершину – Кедыквырпахк (этого я до сих пор не могу выговорить). Перевал – это седловина между вершинами, метров 150 шириной. С обеих сторон обрывается отвесными пропастями. Посередине, среди валунов, хорошо заметна тракторная колея. Эта дорожка уже посерьезнее. Приходится медленно пробираться по камням, триалить, чтобы не зацепиться. Спуск в седловину с Аллуайва пологий, а подъем на… – нет, у меня даже пальцы отказываются добровольно набирать это слово – Кедыквырпахк – достаточно крутой. Ситуация осложняется еще и тем, что на нелифтованной машине на крутяке приходится хитро маневрировать среди валунов. Но Фронтера с честью справляется с задачей, и вот мы уже на Кедыквырпахк-Е. Штурман недовольна. Она не понимает, зачем мы сюда приперлись. Ни видов, ни хрена. Одни камни. А приперлись – поставить жирную джиперскую галку – мы здесь были! Так что контрольная фотография – и мы едем обратно. Проезжаем Аллуайв, спускаемся на его подножье, оставляем уходящую в сторону ГОКа накатанную дорогу и продолжаем спуск напрямик в сторону Ревды по размытой колее, почти такой же каменистой, как и перевал Геологов. В одном месте обнаруживаем забытый кем-то на камне мобильник. Наконец сворачиваем на запад и въезжаем в сосновый лес. По пути попадаются ревдовские дачи, потом дорога выходит на асфальт, ведущий к еще одному, западному, ГОКу. Едем по нему некоторое время, но потом сворачиваем направо и переезжаем на грунтовку, идущую вдоль железнодорожной насыпи. Уже 9 часов вечера, но почему-то останавливаться не хочется, ведь мы въехали на СУшку Арктик-трофи – «1000 ручьев». Решаем ехать, пока «втянулись» и есть желание и силы.

Дорога постепенно ухудшается, становится все более каменистой, один за другим появляются броды через пересекающие ее ручьи. В конце концов, начался сплошной, изнурительный каменный триал. Машина ползет вперед со скоростью пешехода, ее жутко болтает на камнях, ведь задние амортизаторы давно напрочь убиты, внимание постоянно предельно сконцентрировано, чтобы не поймать какой-нибудь валун, ноги все время работают педалями. Тем не менее, мы периодически шоркаемся брюхом о камни, а изредка и ударяемся, как следует. Однако беглые осмотры днища после таких ударов показывают, что все в порядке, рычаги целы, защиты не погнуты, за исключением защиты бензобака, слегка вмятой еще на Рыбачем. Так что скоро к «пробам» камней мы начинаем привыкать. Броды мы тоже скоро считать перестали. Большинство из них мелкие, но попалась и парочка «ничего так», но нам наплевать, машина подготовлена, и уплотнения дверей тоже держат хорошо.

Несколько раз дорога приближается вплотную к насыпи железки, а один раз даже пересекает ее туда – обратно. Железка Апатиты – Ревда теперь разобрана, остались от нее одни шпалы. Сам участок «1000 ручьев» в смысле видов практически «никакой», что соответствовало некоторым описаниям, которые я встречал в Сети. Дорога все время идет среди густых кустов и мрачного леса. Лишь пару раз мы увидели справа гладь Умбозера.

Хотя мы скоро устали от напряга и постоянной болтанки, но останавливаться не хотелось. Хотелось скорей уже пройти эту СУшку, и выйти на более интересные места.

Да и хорошего места для лагеря на «1000 ручьев» не находилось. Практически было только два варианта остановки: либо в небольших карьерчиках, периодически попадающихся слева, из которых, видимо, брали грунт для насыпи, либо прямо на дороге. И то и другое нам не подходило.

Уже в первом часу ночи мы достигли развилки, где налево вслед за склонами Ловозерских гор поворачивает лесовозная дорога. Дальше мы планировали уйти с «1000 ручьев» и двигаться по ней, описывая большой крюк на восток. На то было 2 причины: сменить обстановку, и осмотреть остатки сталинского лагеря, заключенные которого строили в этих местах ни кому не нужную железную дорогу.

Сразу после поворота мы въехали на пригорок и встали на ночлег прямо посреди светлого соснового леса. Поставили палатку, Дайс разведал и «пометил» все медвежьи следы вокруг, мы съели по банке «кильки» и отрубились.

Hosted by uCoz